История инфостиля — откуда пальцы растут

Никита Широбоков, 23 ноября 2015 г.

Инфостиль набирает популярность в среде райтеров и редакторов. Методика используется повсеместно — от юридических документов до клятв бракосочетаний. Пора разобраться, откуда всё пошло. Копнём в историю.

О чём речь

Информационный стиль делает тексты лаконичными, однородными и понятными читателям. Достигается с помощью методов редактуры: чистки и наполнения. Главные враги инфостиля — канцелярские выражения, штампы, клише и стоп-слова.

Истоки — школа переводов Кашкина

В 1899 году в семье военного инженера родился Иван Александрович Кашкин. Будущий авангардист художественного перевода рос с мыслью, что русский язык коверкается и перевирается буквальными переложениями.

Синтаксис русской и английской речи различается и, как считал представитель советской «реалистической» школы переводов, книги нужно правильно адаптировать для русскоязычного читателя. Его ученики получили прозвище «кашкинцы».

На фоне любительских переводов, кашкинцы брали качеством — текстами без буквальных формулировок, с адаптацией иносказательных элементов и профессиональным подходом к делу. Этого не хватало в то время.

Кашкинцы использовали почти те же приёмы, что позднее легли в основу инфостиля. Из переводов убрали лишние деепричастные и причастные обороты. Сильный глагол занял место отглагольного прилагательного. Однородность и лаконичность стали основой Кашкинской школы.

Нора Галь

В 1972 году в вышла книга «Слово живое и мёртвое» — первая попытка сформулировать основы инфостиля и его предназначение в русской речи.

Нора Галь, ученица «кашкинцев» и переводчик с 20-летним стажем, беспокоилась за родной язык, который продолжали нагружать канцеляризмами и кривыми оборотами. Книга предназначалась для переводчиков, но первая треть распространилась среди редакторов — методики и приёмы работали и для публицистического, научно-популярного и новостного стилей.

Нора призывала бороться со штампами и канцелярским языком во всех профессиональных сферах — от редактуры текстов до радиоэфиров. Отдельно она сетовала на бессмысленные громоздкие конструкции из причастий и деепричастий. Они захламляют речь и делают сообщение тяжелым для восприятия.

Повседневная речь, художественная литература, язык СМИ — все это, по мнению переводчицы, должно быть понятным, чтобы читатель не мучился в попытках разобрать смысл. Так понятность стала еще одним постулатом инфостиля наряду с однородностью и лаконичностью.

Вызвав в профессиональной среде огромный резонанс, книга стала первой попыткой утвердить информационный стиль как норму письма. К переводчикам присоединились редакторы, борющиеся за чистоту речи. Нора же открыла новый тип переводов — с русского на понятный русский.

Догмы

День, когда инфостиль окончательно утвердился в профессиональной среде — 1 января 2001 года. Марк Уайтхаус, Максим Трудолюбов, Александр Гордеев и Леонид Бершидский выпустили рекомендации для журналистов и редакторов газеты «Ведомости» — Догма.

На 25 страницах закреплены все постулаты инфостиля с примерами и объяснениями зачем так писать. Среди главных:

•  Объективность и обоснованность.
• Сведение количества придаточных к минимуму.
•  Отсутствие бессмысленных слов и выражений.
•  Отсутствие вводных конструкций.

«Точка – лучший знак препинания. Если вы пишете не колонку, следует избегать скобок, точек с запятой и полностью исключить многоточия, если они не заменяют пропущенный текст в цитате».

«Громоздкие вводные конструкции препятствуют “течению” текста. Мешают и конструкции со словами “первый”, “второй” и “последний”. Читателю в этих случаях приходится возвращаться назад и искать глазами место, где оборвалась мысль автора» — примеры догматов.

Этот труд — основа современного инфостиля. Конечно стиль продолжает развиваться — редакторы из Яндекса, старая Лента.ру, Александр Амзин и другие внесли свои штрихи. Методологии, рекомендации и механики меняются, но фундамент остаётся прежним: однородность, лаконичность, понятность.

***

Появление инфостиля было вопросом времени. Как баухауз в архитектуре, супрематизм в живописи и флэт в дизайне, функциональность диктует форму.

Но инфостиль — не панацея. У одного из евангелистов инфостиля Максима Ильяхова тексты набирают в среднем 6 баллов в Glvrd (инструмент для оценки соответствия инфостилю). Не стоит гнаться за идеальной чистотой, ведь главный инструмент редактора и райтера — здравый смысл.

Подробнее работу с инфостилем и другие инструменты для работы с текстом я буду разбирать на курсе «Бумага стерпит, читатель нет». Запись до 8 декабря.


Мы

всегда тут

Москва, 101000

ул. Мясницкая, 13 стр. 18

+7 499 647 51 02

hello@tceh.com